?

Log in

No account? Create an account
Рисунок первый

За ажурными чугунными воротами - невероятной красоты и пышности розы обрамляют белоснежный особняк а ля палаццо. Худой лысый человек, загорелый до черноты, возится с зеленым удавом-шлангом, придерживая его босой ногой. Послышались чьи-то голоса, шаги, визгливый собачий лай. Через минуту сцена на фоне роз: аккуратный плотный человечек в льняном костюме и круглой белой панаме, похожей на колониальный пробковый шлем (не хватало стека для полноты картины) грозит пальчиком и говорит строго и весомо; рядом с ним, кивая головой в такт словам супруга - немолодая яркая блондинка в изумрудной тунике с собачкой на руках; худой черный человек внимает хозяину, согнувшись в пояс.
Живая иллюстрация к Индии времен Киплинга.

Рисунок второй

Утро.
Стоянка у недавно открытого загородного недешевого ресторана, предлагающего "300 сортов хамона" (©).
Женщина в синей брючной "тройке", нервно подергивая ухоженным лицом, проверяет бумаги, официанты и водитель с экспедитором выгружают из грузовичка коробки и ящики.
На стоянке паркуется маленький красненький кабриолетик, из которого выпрыгивает хорошенькая брюнетка в золотых монистах и, цокая каблучками, врезается в нервную даму:
- Чмок-чмок, а кто это у нас такой серьезный?
Дама страдальчески вздыхает и разряжается пространной тирадой о том, как непросто вести бизнес в этих ужасных условиях, подтверждая слова жестом, охватывающим прилегающие к ресторану территории, где среди элитных особнячков то и дело виднеются неказистые крыши неказистых домиков неказистых трудящихся.
Брюнетка сочувственно кивает и вдруг звонко хохочет:
- Надо бы объявить всех этих "ватниками" и переселить в Донецк, чтобы нормальные люди наконец смогли тут уже нормально жить!


Рисунок третий

В хлебном отделе супермаркета хорошо одетая пара средних лет. Он, не глядя, берет с полки круглый «Украинский», но она тут же толкает его в бок со словами:
- Ты шо?! Мы такое не кушаем! Возьми нормальный хлеб, а не этот нищебродский.
Пристыженный «Украинский» возвращается на полку ждать свою фокус-группу.
1406889121-4262a0d3eda5dd1dd357b4deaa9b2839
(фотография со стройки газопровода Уренгой — Помары — Ужгород, построенного в 1982–1984 гг.)

В ноябре 1962 г. в рамках НАТО было одобрено эмбарго на поставку труб большого диаметра, необходимых для строительства трубопроводов. Правительство Западной Германии обратилось к крупным сталелитейным компаниям, заключившим с СССР договоры на поставку 130 тыс. тонн стальных труб, с просьбой аннулировать контракты. Однако некоторые европейские страны, например Великобритания и Италия, отказались поддержать эти санкции. В ответ Челябинский трубопрокатный завод ввел в строй "Стан 1020", и на первом изделии, которое он выдал, было написано: "Труба тебе, Аденауэр".

Санкции задержали строительство нефтепровода "Дружба" всего лишь на год.
Когда СССР взялся за строительство экспортных газопроводов, эмбарго стало немцам невыгодно, и они согласились продавать трубы, необходимые Советскому Союзу. В 1969–м эмбарго было снято.

В 1970–м году между СССР и ФРГ был заключён долгосрочный контракт, согласно которому трубы большого диаметра поставлялись из ФРГ в обмен на газ.

29 декабря 1981 г., президент США Рональд Рейган объявил о торговых санкциях против СССР, в том числе о прекращении поставок материалов, предназначенных для строительства сибирского газопровода.

Санкции угрожали тем иностранным компаниям, которые поставляли технологии и оборудование в СССР и работали на американском рынке.

Под угрозой оказалися ряд британских фирм, которые, наряду с компаниями из других капиталистических стран, поставляли трубы, газовые турбины и другое оборудование для строительства газопровода Уренгой—Помары—Ужгород из Западной Сибири в Европу.
Компании оказалась между двух огней: при невыполнении обязательств перед СССР, им грозили бы штрафные санкции, убытки в размере домиллионов фунтов стерлингов и потенциальное увольнение нескольких сотен сотрудников; выполнение контрактов на поставки в СССР грозило потерей бизнеса в Америке, доступа к патентам и технологиям компании General Electric и опять же финансовыми убытками.

Тогдашний английский премьер Маргарет Тэтчер крайне озаботилась защитой интересов британского бизнеса и после переговоров с США британская компания John Brown Engineering и еще три других были выведены из–под действия американских правил о контроле за реэкспортом продукции.

По поводу американских санкций Андреас Майер–Ландрут, посол ФРГ в СССР в 1980–е годы, говорил следующее: "Американцы были очень заинтересованы в эмбарго против Советского Союза. При этом интересно, что американское лобби по экспорту зерна в 1981 году добилось–таки от Рейгана исключительного права на экспорт зерна в СССР, а бизнесмен Арманд Хаммер получил разрешение на поставки удобрений. На Германию оказывалось давление с целью добиться отказа от сделки „газ–трубы“, но Бонн твердо стоял на позиции, что этот договор был заключен раньше, и поэтому не подлежит эмбарго".

Производство труб большого диаметра появилось уже в современной России, когда в апреле 2005 г. на Выксунском металлургическом заводе открылась линия по производству прямошовных одношовных труб для магистральных газонефтепроводов диаметром до 1420 мм с толщиной стенки до 48 мм.

(оринигал статьи на d3.ru)
Новий Гімн України
"Ось i вмерла Україна"

je-kWtgW3EM

Ось i вмерла України, і слава, і воля,
Дурнувато, громадяни, ми просрали долю.
Мрiяли, що вороженьки сгинуть, та скакали.
На Майдані собі самі ми лайна наклали.

Душу й тіло положили за чужi цукерки,
Думали, що ми казаки, вийшло - панікерки.

Зрадили братiв, родину заради гаманця.
Батькiщину грабувати дали мериканцям;
Попросили нас iз Криму: шлях вам - скатертинка!
Нікому бо не потрiбнi зрадники в будинку.

Душу й тіло положили за чужi цукерки,
Думали, що ми казаки, вийшло - панікерки.

Наши дiти помирають – так велять магнати.
У вогнi сади i поле, зруйновані хати.
Нам – отруту та залишки. Органи – в Європу.
Нэма газу та пального. Ось такая жопа.

Душу й тіло положили за чужi цукерки,
Думали, що ми казаки, вийшло - панікерки.

Слова: Волк Гомофоб
Музика: Михайла Вербицького

***

70 лет назад, 17 июля 1944 г. состоялся марш немецких пленных по Москве
Марш демонстрировал советским людям, а также союзникам, не верившим в успехи Красной Армии, результаты разгрома немецких войск в Белоруссии. По Садовому кольцу и другим улицам Москвы прошли около 57 000 немецких солдат и офицеров (включая 19 генералов), в основном захваченных в плен в Белоруссии войсками 1-го, 2-го и 3-го Белорусского фронтов. За колоннами следовали поливальные машины, символически смывая грязь с асфальта.

Зубры несостоявшиеся

Работа в зубровом питомнике - вакансия оказалась уже занятой, а так хотелось :(
Иосиф Бродский, "На независимость Украины" (1994)

Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
слава Богу, проиграно. Как говорил картавый,
"время покажет Кузькину мать", руины,
кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелено-квитный, траченный изотопом,--
жовто-блакытный реет над Конотопом,
скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты, рушник, карбованец, семечки в полной жмене!
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
с залитыми глазами жили, как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы медля строго:
скатертью вам, хохлы, и рушником дорога!
Ступайте от нас в жупане, не говоря -- в мундире,
по адресу на три буквы, на все четыре
стороны. Пусть теперь в мазанке хором гансы
с ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть -- так сообща, путь выбирая в чаще,
а курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы, пожили вместе -- хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый
кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом. Вашего хлеба, неба,
нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду.
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом?
Вас родила земля, грунт, чернозем с подзолом.
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Это земля не дает вам, кавунам, покоя.
Ой да Левада-степь, краля, баштан, вареник!
Больше, поди, теряли -- больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьемся. А что до слезы из глаза --
нет на нее указа, ждать до другого раза.
С Богом, орлы, казаки, гетманы, вертухаи!
Только когда придет и вам помирать, бугаи,
будете вы хрипеть, царапая край матраса,
строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Когда-то давным-давно было дело....

Первое известие: «Корсиканское чудовище высадилось в бухте Жуан».
Второе известие: «Людоед идет к Грассу».
Третье известие: «Узурпатор вошел в Гренобль».
Четвертое известие: «Бонапарт занял Лион».
Пятое известие: «Наполеон приближается к Фонтенебло».
Шестое известие: «Его императорское величество ожидается сегодня в своем верном Париже».

Амур-амур

- Я вот какой! – сказал бородатый мужчина, распрямив руки в фигуре героя.
- Шутишь! – засмеялась коварная женщина, перебирая желтые бусы на тонкой шее.
- Вот какой! – крикнул мужчина, сжав бороду.
- Глупости! – скосила глаза коварная женщина, упрощая голос.
- Я вот какой, я знаю это! – мужчина оттянул бороду и задрал голову в лавровом венке.
- Новатор-император! – коварная женщина в последний раз рассмеялась и превратилась в его жену.
- Ты погубила меня, коварная! – заплакал мужчина, остригая бороду и лавр.
- Тебе пора есть первое, – строго сказала жена, изгибая брови.
- Я хочу красные фрукты! – капризно заявил безбородый, принимая позу ее мужа.
- Фрукты-продукты! – отрезала женщина, - цаца какая!
- Злая, злая! Дай мне фрукты, красные, зеленые! – мужчина утончал голос, тоскуя о своем.
- Я выбью из тебя эти глупости, - жена улыбнулась голым телом, утверждая его в мысли о нужном.
- Я не хочу первое! Оно бесцветно! – мужчина собрался отращивать прежнюю бороду, но жена сказала: «Ш-ш-ш.…» и покачала головой.
Сохраняя гордую видимость, мужчина уютно успокоился и изрек приятное для женщины:
- Да, пусть будет так.
Он взял первое и положил кусочек в рот, пережевывая свое прошлое.

Амор-амор

- В соседней комнате кто-то есть, - сказал Варелий Ванеевич своей жене, натирая кусочек хлеба маслом.
Жена была толста и равнодушна.
- Прислушайся, кто-то есть в соседней комнате, - Варелий Ванеевич показал свободной и чистой рукой направо.
Жена открыла рот, будто хотела укусить Варелия Ванеевича в лицо.
- Ты толстая равнодушная дура, - не засмеялся ее шутке Варелий Ванеевич.
Жена заплакала, сжимая бока пальцами.
- Я никогда не любил тебя, - Варелий Ванеевич досадно бросил кусочек хлеба в жену, - я люблю утонченных и стихийных женщин.
Жена вытерла глаза толстыми руками и, подумав три минуты, ударила Варелия Ванеевича в ухо.
- Ай! – крикнул Варелий Ванеевич и упал на колени.
Жена подумала еще три минуты и ударила Варелия Ванеевича в живот.
- Ой! – крикнул Варелий Ванеевич и лег на пол.
Жена вытерла руки и открыла дверь в соседнюю комнату.
- Там никого нет, - сказала она ласково, - я позову доктора, он даст тебе порошок и ты заснешь.
Варелий Ванеевич открыл глаза и сел, как турок.
- Я не хочу спать, - сказал он, дрожа словами.
- Я знаю, - жена подняла его на руки, - ты мой зайка.
Варелий Ванеевич прижался к толстой жене и принялся чесать ее щеку.

Ночью ему снились утонченные и стихийные женщины, смеющиеся дерзко и жарко.

Шикин и Горелов

- Давай измерим этот куб, - сказал Горелов, напрягая голос.
- Каков толк от твоего куба? – зевнул усталый Шикин, отгоняя сон.
- Мы найдем его высоту и длину! – горячился Горелов, - тебе этого мало?
- Во всем должен быть толк. Или хотя бы смысл. Или польза, - Шикин боролся со сном, так как весь день работал на тяжелом заводе.
- Ты приземленный человек, ты существо! – Горелов взмахнул руками, как птица-аист, - мы найдем неизвестное и расскажем об этом людям!
- Чепуха твой куб и больше ничего! – Шикин свернулся калачиком, - люди не оценят твоих исканий.
- Ты ретроград, Шикин! – Горелов становился нелюбезен, но усталый Шикин не замечал этого, погруженный в мысли о скором сне.
- Ты не веришь в новое! – Горелов становился опасен, но глупый Шикин только чихнул, показывая свое равнодушие.
- Ты чихнул на меня?! – Горелов почувствовал незнакомое и смутное, - ты сделал это на меня, своего лучшего друга! Я не прощу тебе, Шикин!
- Оставь свои слова и ложись спать, - Шикин показал, как должен лечь Горелов.
- Нет, Шикин, - Горелов становился коварен, радуясь новым ощущениям, - я не могу лечь спать, я лучше измерю этот куб, - и он громко затопал ногами, изображая уход.
Шикин закрыл глаза, предчувствуя скорый сон.
Горелов мерцал в темноте, пробуя на вкус новые ощущения.
Мерцая, он взялся за куб обеими руками и поднял его над головой.
- Вот как я измерю этот куб! – он бросил куб на голову спящего Шикина, - вот как!
Шикин сказал: «Ах-х-хра…»
Горелов, пораженный еще одним новым, засмеялся тихо, как страшный человек:
- Я не смог измерить куб, но я смог убить Шикина!
Сорвавши со стены отрывной календарь, он покинул комнату, предоставив другим людям заботиться о теле.
Этим же вечером он измерил шар, открыв тем самым человечеству дорогу в глубины Вселенной.