Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

хм

Кто-то еще помнит сказки про паучка Ананси? :-)

Братец Ананси как африканский герой

Африканцы понимали, что поскольку они относительно слабы физически, то одолеть сильных и могучих они могут не силой, но лишь бдительностью сознания. Как и Ананси-паучок, африканцы считали основным ценным человеческим качеством хитрость и бдительность сознания, дающие им возможность приспособиться и выжить в самой неблагоприятной ситуации. Они были твёрдо убеждены, что их знания и умственные способности могут выработать для них стратегию выживания. Над человеком, лишённым бдительности сознания, смеялись как над "дурачком (bobo или Quashie)", или говорили про него, что он "глуп как летучая мышь". Таким образом, народная традиция всегда стремилась развивать силы ума, например, употребляя чеснок или другие растительные стимуляторы.

Ананси стал настолько хитёр, что часто притворялся глупцом, чтобы кого-нибудь обмануть. Хитрость и ум давали Ананси столько силы, что он мог победить даже крупных и сильных животных, мог выйти с честью из самой щекотливой ситуации и избежать лап врага, хотя и он иногда "попадался" и был близок к гибели, как, например, в сказках "Смоляное чучело" и "Братец Ананси и три его дочери". Рассказчик часто заканчивал повествование об Ананси следующим образом: "У этого Паука больше мудрости, чем у всех остальных в мире, вместе взятых". Ананси стал даже жаден до мудрости: в одном популярном рассказе он поместил всю мудрость мира в тыквенный сосуд и собирался хранить её только для себя, но когда он полез на дерево, чтобы спрятать сосуд, тот упал и разбился, а мудрость рассеялась по всему миру и среди всех остальных животных.

Ананси был маленький плут и мошенник. Он был мастером психологической войны, африканцы считали его воплощением духа своей расы. Он часто поднимался до "Божественного" статуса, ему часто приписывали сверхъестественное могущество. Народность хауса даже верили, что тонкие лапки паука стали маленькими солнечными лучами, и что солнце стало пауком, искусно опутывающим своей сетью души смертных. Народность бого из Западной Африки называли солнце "вороватой ведьмой в центре паучьей сети". Часто Ананси отождествлялся с богом Exuba Elegba, "богом хаоса", забытым африканским Меркурием, "Богом Перекрёстков и Вестником Сил Небесных". Иногда он - Papa Legba.
хм

Стихи о лисе. Понравилось и все

Лиса видит сквозь ложь и фальшь,
сквозь красивые маски
Видит серость и тусклость она
сквозь блестящие краски
Сквозь одежды и фраз мишуру
различает безликость
Кто ж посмеет лисе указать
на её дикость?

Не стремится лиса свою шкурку
покрасить в белый.
Впрочем, чёрный ей тоже не к морде.
Она-то знает.
Каждый день гримасу-улыбку
лиса надевает.
Притворяться умеет она, как другие
быть слабой и смелой.

Не цинична лиса. Сквозь туманы
она видит пламя
Видит лучики светлой мечты
и надежды знамя.
Так лиса и живёт. Надоело лисе
притворяться.
Лиса ищет того, кто своей добротою
разучит её ухмыляться.

(kira_miri)
хм

От скуки: жалостливые песни моего детсва

Именно жалостливые, душераздирающие. Сидела и вспоминала. Вот что вспомнила:

Звени бубенчик мой звени,
гитара пой,шута напевы,
я расскажу вам о любви
шута к прекрасной королеве.
И т.д.

Нью-Йорк покрылся голубым туманом,
Стоял мороз и сильный ветер выл,
Стоял мальчишка в старом платье рваном
И всем прохожим тихо говорил.
"О,сэр подайте,мисс, не откажите
Я расскажу, как жизнь моя горька.
Отец в тюрьме, больная дома мама,
Она умрет,когда придет весна"
И т.д.

Ярко светит луна,
Схоронясь за листвою...
По дороге ночной
Едут трое ковбоев.
Трое черных коней,
Три ножа, три нагана,
Трое верных друзей,
Из ковбойского стана.
(там на них шайка негодяев нападает по сюжету)

В океане средь могучих волн
Где дельфины нежатся с пеленок
Раз попался под рыбачий болт (кст, какой такой "болт"?)
Маленький попался дельфиненок...
(пипец, жалостливая песня((( а еще была "Глория", про утонувших лошадей с разбомбленного корабля, тоже слезы текли)

Желтый лист задумался о чем-то,
Неясно подставляя ветру грудь...
На перроне плакала девчонка,
Вызывая у прохожих грусть.
От волненья вздрагивали губки,
Но она не верила в обман,
Никогда он с нею не был грубым -
Обнимал и нежно целовал.
Но уехал, даже не простился...
(и т.д., девочка из песни повторила подвиг Карениной от нещастной любви. Пелось на пафосе)

Про Пушкина пели. Учитесь, нынешнее племя.

Падает, падает снег, снег января неторопясь.
Падает на Петербург, город красив, как во сне
Сани летят вдоль Невы, мимо мостов, вдоль плошадей.
Черной крылаткой накрыт Пушкин спешит на дуэль
Натали, Натали как Вы могли тогда
Не отвести от него руку врага, Натали.
Что Дантес или Царь - Пушкин упал на снег
Вы не спасли его, как Вы могли, Натали
И т.д.
(оооочень популярная была на сборищах под гитару)

Еще "класика, на этот раз Вильям наш Шекспир:

Как страшны любовные утехи!
Не играйте в эти игры, дети!
Полюбил Ромео, сын Монтекки,
Дочь врага – Джульетту Капулетти.
Юноша отдал Джульетте сердце,
И она взяла его со страхом...
И т.д.
хм

(no subject)



НЕБО

Небо, как ты знаешь, голубое-голубое
И очень-очень прозрачное.
У него нет ни центра, ни границ.
Так что видишь: ум твой как небо.

Но иногда - ты же знаешь? - в небе появляется множество облаков
Из ниоткуда,
Без предупреждения.
Но и они - как приходят, так и исчезают.

Твои мысли и чувства подобны облакам.
Они приходят из ниоткуда.
Но поскольку ты придаешь им плотность,
Они причиняют тебе неприятности.

Иногда, если облаков много, они создают дождь.
Также точно,
Когда ты держишься за свои эмоции и придаешь им плотность,
Это приносит тебе слезы.

Но если ты сможешь помнить всегда о своей собственной Природе Будды,
Которая безгранична, как пространство,
И отпустишь облакоподобные эмоции,
Ты будешь очень-очень счастлив.

Лама Еше Лосал
Самье Линг
1 июня 2001 года
 

(это стихотворение Лама написал для своего молодого друга, умственно нездорового, а мне оно вдруг стало по-настоящему понятно, как будто для меня писали)

хм

Так говорил Кола Брюньон

В который раз перечитываю эту книгу и в который раз убеждаюсь, что жизнь хороша, а жить хорошо.
Ныть, жаловаться и гнусаво рассуждать о том, что весь мир не таков, как мы его заслужили - пожалуйста-пожалуйста, сколько угодно.
Только не пытайтесь заставить и мир считать себя таковым, потому что мир - это мы, то есть то, что мы думаем о нем.
Уважаемые товарищи, прочитайте (перечитайте) эту книгу, а если нет такой возможности, прочитайте хотя бы этот отрывок.
Спасибо.

Поработав, выпить; выпив, поработать - что за чудесное житье!.. Я на каждом шагу встречаю чудаков, которые ворчат. Они говорят, что нашел я, мол, тоже время петь, что времена сейчас мрачные... Не бывает мрачных времен, бывают только мрачные люди. Я, слава тебе, господи, не из их числа. Друг друга грабят? Друг друга режут? Всегда будет так. Даю руку на отсечение, что через четыреста лет наши правнуки будут с таким же остервенением драть друг с друга шкуру и грызть друг другу носы. Я не говорю, что они не изобретут сорок новых способов делать это лучше нашего.
     Но я ручаюсь, что они не измыслят нового способа пить, и бьюсь об заклад, что лучше, чем я, они пить не научатся... Почем знать, что они будут выделывать, эти мошенники, через четыреста лет? Быть может, благодаря траве медонского кюре, чудодейственному Пантагрюэлиону, они смогут посещать области Луны, кузницу перунов и запруды дождей, селиться в небесах, бражничать с богами... Что ж, я отправлюсь туда вместе с ними...
      ...  Я люблю все хорошее: хороший стол, хорошее вино, славные, мясистые радости, сладостные и бархатистые, которые вкушаешь в мечтах, божественное безделье, когда чего только не делаешь!
Сколько на этой круглой штуке великолепных вещей, веселящих глаз, услаждающих вкус! Господи боже, до чего жизнь хороша! Как бы я ни объедался, я вечно голоден, меня мутит; я, должно быть, болен; у меня так и текут слюнки, чуть я увижу накрытый стол земли и солнца...
Господи, я Тебя чту и полагаю, при всей моей скромности, что мы с Тобой видимся не один раз в день, если только не врет поговорка, добрая галльская поговорка: "Кто пьет много, видит Бога". Но мне бы никогда в голову не пришло говорить, как эти пустосвяты, что я с Тобой отлично знаком, что Ты мне родня, что все свои дела Ты возложил на меня. Ты уж мне разреши оставить Тебя в покое; и единственное, о чем я Тебя прошу, - это чтобы и Ты поступил со мной так же. Нам обоим хватит работы, каждому по своему хозяйству, Тебе - в Твоей вселенной, и мне - в моем мирке.
     Господи, Ты мне дал свободу. Я плачу Тебе тем же. А эти вот лодыри желают, чтобы я распоряжался вместо Тебя, чтобы я говорил от Твоего лица, чтобы я высказался, каким образом Тебе угодно быть вкушаему, и чтобы того, кто вкушает тебя иначе, я объявил врагом и Твоим и моим!.. Моим?
     Дудки! У меня врагов нет. Все люди мне друзья. Если они дерутся, это их добрая воля. Что до меня, то я выхожу из игры... Да, кабы можно было! В том-то и дело, что они не дают, мерзавцы. Если кому-либо из них я не стану врагом, то врагами мне станут и те и другие. Так ладно же, раз, посреди двух станов, я буду вечно бит, начнем бить и мы! Я готов. Чем подставлять бока, бока, бока, дадимка лучше сами тумака...
(и т.д.)
хм

...

Еще не раз вы вспомните меня
И весь мой мир волнующий и странный,
Нелепый мир из песен и огня,
Но меж других единый необманный.

Он мог стать вашим тоже и не стал,
Его вам было мало или много,
Должно быть, плохо я стихи писал
И вас неправедно просил у Бога.

Но каждый раз вы склонитесь без сил
И скажете: "Я вспоминать не смею.
Ведь мир иной меня обворожил
Простой и грубой прелестью своею".
Н. Гумилев